Фото: с сайта pastvu.ru
Три войны камчатских чекистов. Часть 1: Великая Отечественная
Материал о бойцах невидимого фронта
В силу специфики служебных обязанностей сотрудников органов безопасности принято называть бойцами невидимого фронта. Пропитанная вычурной патетикой формулировка в профессиональной среде особой популярностью не пользуется. Прежде всего, потому, что сотрудники органов государственной безопасности отчетливо видят свою динамичную линию борьбы за интересы государства. Она имеет множество направлений, не прерываясь ни в мирное, ни в военное время.
ИА KamchatkaMedia публикует очередное историческое исследование Владимира Слабуки о камчатских чекистах, которые в разные периоды нашей истории исполняли служебный долг с оружием в руках. Владимир Викентьевич — полковник запаса, заслуженный работник культуры Российской Федерации, лауреат нескольких творческих премий. Автор девяти публицистических книг, значительная из которых посвящена истории советских и российских органов государственной безопасности и пограничной охраны на северо-востоке страны.
"И трудно было умирать в последний день войны…"
30 апреля в Берлине немецкие войска начали массово сдаваться в плен, но на ряде участков протяженного советско-германского фронта гитлеровцы продолжали сопротивление. Одной из самой активной оказалась группировка противника в западной Чехии. Среди советских соединений, нацеленных на Прагу, бои в которой поставили завершающую победную точку в Великой Отечественной войне, находилась 351-я стрелковая дивизия 4-го Украинского фронта. В ней воевал камчатский чекист — старший уполномоченный ОКР "Смерш" капитан Дмитрий Дмитриевич Глебов.
Дмитрий Глебов — Курсант центральной школы НКВД. Фото: Фото: из архива УФСБ России по Камчатскому краю
На полуострове он прослужил с 1935 по 1940 годы, вначале в Быстринском районном отделении НКВД СССР, затем в аналогичном подразделении в Усть-Камчатске.
На фронте он оказался в марте 1944 года. В этот период 4 Украинский фронт, в резерв Управления контрразведки "Смерш", которого капитана Глебова назначили оперуполномоченным отдела, вел тяжелые бои на Западной Украине. Успешно используя выгоды обороны в горно-лесистой местности, немцы отчаянно сопротивлялись. В тылу советских фронтов действовали отряды Украинской повстанческой армии. В открытые столкновения с подразделениями Красной Армии националисты, понимая, что будут мгновенно уничтожены, не вступали. Убивали имевших неосторожность, вопреки приказам, передвигаться по одиночке солдат и офицеров, повреждали линии связи, устраивали диверсии на коммуникациях… В этой сложной оперативной обстановке контрразведчикам приходилось трудиться без сна и отдыха, в буквальном смысле этих слов. На счету у Дмитрия Глебова несколько выполненных заданий по вскрытию и ликвидации банд ОУН.
Немного стало легче, когда офицера назначили оперуполномоченным отдела контрразведки "Смерш" 904 артиллерийского полка 351-я стрелковой дивизии 4 Украинского фронта. Соединение с боями вошло в Закарпатье, населенное русинами. Здесь местные жители, несмотря на то, что значительная её мужская часть оказалось мобилизованной в венгерскую армию, сражавшуюся на стороне гитлеровцев, в целом лояльно относились к нашим войскам. Ни тогда, ни долгие годы новейшей истории "незалежной" русины не приняли украинского национализма. Наверняка, отчасти, поэтому современный официальный Киев отказывается признать, что в Закарпатье проживают представители отдельного этноса.
Дальше 351-я дивизия воевала в южной Польше. В Верхне-Силезской наступательной операции соединение действовало на территории восточной Чехословакии. Здесь находились громадное количество военных предприятий, составлявших основу оборонной промышленности фашистской Германии, за них гитлеровцы держались стойко. Как позднее напишут в представлении к награждению Орденом Отечественной войны 1 степени, "В тяжелых боях тов. Глебов все время находился непосредственно в боевых порядках и неоднократно личным примером воодушевлял бойцов и командиров к стойкости и отваге, кроме того тов. Глебов сумел сберечь полк от проникновения вражеских элементов., тем самым обеспечивал его безопасность" (сохранены орфография и пунктуация документа).
Советские войска в Чехословакии. Фото: Фото: из альбома В. Ефимова с сайта fotoload.ru
День Победы 351-я дивизия встретила на марше в окрестностях Праги, но капитана Дмитрия Глебова в её рядах уже не было. Он погиб 2 мая в боях за город Орлов в Чехословакии. Вместе с бойцами 904 артиллерийского полка он выехал на грузовике с боеприпасами на батарею, стоявшую на переднем крае. Машина попала в немецкую засаду. Отстреливаясь от гитлеровцев, Дмитрий Глебов был убит.
Две медали "За боевые заслуги" и орден "Отечественной войны" I степени отметили боевой путь камчатского чекиста.
На берегу не отсиживался
10 апреля 1942 года из Шотландии с британскими и американскими грузами для советской промышленности, а также техникой и вооружением для Красной Армии вышел караван PQ-15. До Баренцева моря корабли и суда добрались относительно благополучно, потеряв под ударами гитлеровской авиации и от атак вражеских субмарин три парохода. Такие потери считались приемлемыми. У вышедшего тремя месяцами позже из 35 советских, английских и американских транспортов печально известного каравана PQ-17 до причалов Мурманска сумеют дойти только 13. Это стало настоящей трагедией, которая заставила наших союзников на длительное время прекратить поставки лендлизовских грузов через северную Атлантику, но весной 1942 года дела с проводкой конвоев обстояли еще более или менее благополучно.
На ближних подступах к Мурманску, прикрывая от ударов немецких торпедоносцев и подлодок, караваны союзников встречали корабли советского Северного флота. В точку рандеву с караваном PQ-15 в конце марта 1942 года вышли и тральщики Отдельного дивизиона минных заградителей СФ. На одном из них находился и оперативный уполномоченный особого отдела НКВД Северного флота сержант государственной безопасности Леонид Ефимович Ноздрачев. Представляя его в мае того же года к награждению медалью "За отвагу", командир дивизиона капитан 2 ранга Колчин, особо подчеркивал, что чекист "принимал участие почти во всех операциях по обстрелу позиций противника, в конвойных операциях, а также в минных постановках".
Эсминец "Сокрушительный". Фото: Фото: с сайта topwar.ru
В представлении на награждение к ордену Отечественной войны 2 степени Леонида Ноздрачева командование отмечало, что с начала августа 1941 года по июль 1942 года на эсминцах "Сокрушительный" и "Грозный" он участвовал в 66 боевых операциях, прошел более 10 тысяч миль. "В период боевых походах тов. Ноздрачев всегда являлся примером мужества и выдержки для личного состава эсминцев, в то же время успешно проводил свою чекистскую работу", — говорилось в документе.
Даже по современным меркам цифры впечатляют. А в тот период любой выход в море наших кораблей и катеров, количественно и качественно уступавших противнику, был сопряжен со смертельным риском. Но сержант госбезопасности Ноздрачев не искал повода остаться в базе перед боевыми походами кораблей дивизиона. Находиться в гуще событий, рисковать ради правого дела было настоящей его душевной потребностью.
Такой склад характера даже стал причиной увольнения Леонида Ефимовича из органов НКВД за несколько лет до начала войны, когда в должности оперуполномоченного он проходил службу на Камчатке. Полюбив женщину, чекист рискнул на ней жениться, несмотря на то, что руководство официально предупредило сотрудника о репрессированных родственниках будущей супруги. После увольнения по этой причине в июне 1939 года из органов НКВД он трудился на Камчатке простым рабочим в 4-й бригаде стройкорпуса Тихоокеанского флота.
В 1941 году, несмотря на все административные препоны, ему удается поступить в строительный институт, но учиться в нём не довелось. Вскоре после нападения Германии на Советский Союз, Ноздрачева восстанавливают в органах НКГБ и направляют на Северный флот на оперативную работу.
Леонид Ноздрачев. Фото: Фото: с сайта pamyatnaroda.ru
В 1944 году Леонида Ноздрачева назначают оперуполномоченным контрразведки "Смерш" по разведывательному отделу штаба Северного флота. Здесь он добивается серьезных результатов. В мае 1944 года ему удалось предотвратить "групповую измену 3 человек из негласного аппарата РО ШСФ".
Фронтовой путь Леонида Ноздрачева после награждения первой медалью "За отвагу" отмечен другими боевыми орденами и медалями. После войны он продолжил службу в особом отделе Северного флота. Уволился в запас в звании капитана 2 ранга.
"Трусов и предателей не было…"
Причины увольнения из органов безопасности в предвоенные годы у некоторых камчатских чекистов оказались не столь благородны, как у Леонида Ноздрачёва. Но для тех, кто готов бросить в них камень презрения, поспешу напомнить о суровых реалиях конца тридцатых годов прошлого века, весьма непохожих на наши дни. Часто перед чекистами стоял непростой выбор: стать самому жертвой или взять на себя роль исполнителя политического заказа руководства страны в разматывании маховика репрессий. И, если сегодня такая дилемма представляется умозрительной и отвлеченной, то в те годы она имела страшные при том и другом выборе последствия.
Не лишним будет напомнить, что доля репрессированных в рассматриваемый период чекистов не идет ни в какое сравнение с аналогичными показателями в других социальных группах. Она невероятна высока. Судили и расстреливали чекистов, если не напрямую по всем статьям пресловутой 58-й статьи УК, то за "утрату политической бдительности", а также за "перегибы и липование уголовных дел", и за "незаконные методы ведения следствия".
Последнее обвинение, и надо признать вполне оправданно, в 1940 году предъявили и начальнику следственной части Камчатского областного управления НКВД СССР лейтенанту госбезопасности Алексею Кузьмичу Григорьеву. Наказание оказалось сравнительно легким. Григорьев сумел доказать, что действовал он по прямому указанию сверху, а потому отделался административным арестом и понижением в должности.
Новым местом службы — в оперативно-чекистском отделе управления лагерей УНКВД по Хабаровскому краю Алексей Кузьмич откровенно тяготился. Разбирать причины драк и поножовщины между уголовниками мог оперативник и с гораздо меньшим опытом работы, чем у Григорьева, но перевода, а тем более повышения, опальному сотруднику никто обещать не мог.
Первые месяцы войны ничего в рутинной работе сотрудников краевого управления лагерей не изменили. Их строго предупредили не переводить бумагу на рапорта с тщетными просьбами о переводе на фронт. Все изменилось после того, как в Сибири и на Дальнем Востоке начали формироваться новые дивизии. Для их комплектования, наряду с командно-политическими кадрами, требовались и опытные контрразведчики. Вот тогда и вспомнили об опальных сотрудниках, направленных на работу в лагеря, пожарную охрану и другие "теплые" места. Майор Григорьев получил назначение начальником особого отдела НКВД в формировавшуюся в Забайкальском военном округе 456-ю стрелковую дивизию.
Соединение боевое крещение получило в феврале 1942 года в полосе наступления Западного фронта, под станцией Сухиничи. Необстрелянную дивизию бросили в наступление, в котором она, понеся большие потери, выполнить поставленную задачу не смогла. Но первый жестокий бой не обескуражил бойцов и командиров. В соединении не возникло паники. В этом просматривается и известная роль особого отдела дивизии, который возглавлял майор Григорьев.
Станция Сухиничи после боев в январе 1942 года. Фото: Фото: с сайта pastvu.ru
Командование сумело сделать должные выводы. В последующих боях соединение, переименованное в 97-ю стрелковую дивизию, действовало умело, результативно, и настолько успешно, что Ставка в начале 1943 года присвоила ей звание — 83-й гвардейской.
Соединение участвовало в ряде важнейших операций, определивших стратегическое лицо третьего года войны, в том числе — в кровопролитной Орловской наступательной операции, получившей кодовое название "Кутузов". Вскоре после её завершения гвардии майор был представлен к награждению орденом Отечественной войны I степени. В наградных документах говорилось:
"В период подготовительно-наступательных боёв тов. Григорьев как начальник отдела контрразведки умело руководил своими подчиненными ˂…˃, добился того, что в частях дивизии не было ни одного случая изменников Родины. Начиная с 11 июля 1943 года, в период наступательных боёв, находился непосредственно в боевых порядках, оказывал всестороннюю помощь командованию дивизии и частям. Там, где создавалась угроза, тов. Григорьев лично принимал участие в боях, одновременно помогая командованию в борьбе с паникерством.
При занятии населенных пунктов вел исключительную борьбу по выявлению немецких пособников, при этом разоблачил десять предателей Родины, чем помог сорвать передачу информации немецким оккупантам.
С какими бы трудностями не сталкивались подразделения, тов. Григорьев добился того, что изменников Родины и трусов в дивизии не было".
Согласитесь, что для начальника контрразведывательного органа — это один из важнейших показателей качества работы.
В октябре 1943 года Алексея Григорьева назначают начальником отдела контрразведки "СМЕРШ" 72-го стрелкового корпуса.
И вновь командование отмечает высокое качество и результативность работы офицера. В очередном представлении к награждению Григорьева осенью 1944 года читаем:
"В результате проделанной работы за период наступательных действий отделом "СМЕРШ" корпуса и дивизий разоблачено и задержано большое число агентов немецкой разведки, окончивших разведшколы".
Всего фронтовой путь Григорьева отметили три боевых ордена. Мирная передышка после 9 мая 1945 года оказалась для него недолгой. Григорьев участвует в боях на территории Маньчжурии, затем в течение девяти лет продолжает службу, возглавляя особый отдел 53-го смешанного авиакорпуса.
Продолжение следует...
