Полчаса до вертолёта. Позади пять насыщенных дней на Шумшу. В фотоаппарате доты, дзоты, береговые батареи, японские танки, новый мемориал и памятник Вилкову и Ильичеву, заросшие кедрачом и рододендроном пологие сопки острова, силуэт вулкана Алаид, так и не открывшийся ни разу полностью. Вокруг предотъездная суета, рюкзаки, наваленные грудой, кто-то играет на гитаре, люди обнимаются, фотографируются, меняются телефонными номерами…
Среди этой суеты ярким пятном выделяется жёлтый поплавок. Такие часто находят на берегу — они отрываются от рыбацких сетей и живут в море своей жизнью. На этом надпись "Чистая Арктика".
Знакомимся с хозяином поплавка. Пётр Северский из Саратова приехал на самый северный остров Курильской гряды 9 августа волонтером "Чистой Арктики".
— Сам я инженер, программист промышленных контроллеров. Когда открылся проект и возникла возможность поехать на север, отправил анкету и в 2022 году попал в первую экспедицию. Это уже четвертая поездка. До этого был в двух экспедициях за Полярный круг в Мурманской области и в Севастополе на уборке мазута. Сюда новичков не брали: нам оказали честь, работали по поручению президента.
— Чем занимались на Шумшу?
— Сам остров достаточно чистый. Если бы только не океаническое течение… Очищали береговую линию, в том числе там, где после прошла реконструкция боя. Древесину тоже убирали, чтобы красиво было. Первая смена перед цунами работала, они в биг-бэги (полипропиленовые мешки большой вместимости, мягкие контейнеры — прим. редакции) всё сложили, но многое смыло цунами после землетрясения у берегов Курил и Камчатки. Так что нам пришлось снова наводить порядок.
— Этот поплавок с берега?
— Я его в первый день нашёл, когда шли купаться возле маяка. Мне говорят: ты его не донесешь. А я человек азартный, в рюкзак он не вмещался, в руках нести тяжело, так я расстегнул поясной ремень рюкзака, продел и так под рюкзаком нёс. Понравился он мне.
В ожидании вертолёта поёт Тимур Ведерников. Фото: Ольга Семенова ИА KamchatkaMedia
— Что обычно находите среди мусора?
— Гильзы здесь в порядке вещей встречаются. Всё-таки бои были очень серьёзные. Нашел и стреляную пулю, хотя это редкость. Осколок снаряда. А убираем мы в основном пластиковые бутылки, канистры, сети, поплавки. Почему-то очень много обуви. Мы из неё хотели выложить надпись "Чистая Артика", сапог бы хватило, но не хватило времени, потому что нам помогали маячники своим манипулятором, они грузили биг-бэги на грузовики, было не до того.
— А самое странное из того, что нашли?
— Новую посудомоечную машину, видимо, с судна смыло.
В ожидании вертолёта. Фото: Ольга Семенова ИА KamchatkaMedia
— Мурманский мусор отличается от камчатского?
— Мы работали в посёлке Никель, там было очень много покрышек, так как смыло свалку за гаражным кооперативом. Были и велосипеды, и старая бытовая техника. А здесь в основном то, что смыло с судов: части каких-то обшивок, утепления, контейнеры. Видно, что штормило и капитально, а потом сюда всё прибило.
Здорово, что здесь практически нет людей, которые мусорят. Море поразительно чистое. У нас минералка в зеленых бутылках продается, и на просвет она похожа на эту чуть зеленоватую воду. Плюс вода соленая, как крепкая минералка.
Порадовал лагерь. Я думал, будут армейские палатки, брезентовые, прохладные, с земляным полом. А это оказался лагерь уровня комфорт с подогревом палаток, с напольным покрытием. Опять же душ, стиральные машины, сушилка. Кормили разнообразно, ни разу не повторились. В таких условиях даже на холодном Шумшу можно жить всё лето.
— Для вас эта экспедиция стала уникальной?
— Все экспедиции уникальные. Даже когда второй раз в Никель приехал, был очень рад, это была трогательная встреча после долгого расставания с дорогим сердцу местом, а не просто экспедиция. Меня север вдохновляет. Такие поездки как глоток свежего воздуха. Кстати, так совпало, что все мои экспедиции с проектом "Чистая Арктика" проходили по местам боевой славы.
Шумшу — это знакомства и общение с разными людьми, и работа с ними, и возможность прикоснуться к истории страны, войны и Победы — осмотр укреплений и, конечно, реконструкция боя. Вспоминал своих прадедов, один из которых служил в годы войны на Тихоокеанском флоте. Не знаю, принимал ли участие корабль с ним в Курильском десанте. Но он вернулся живым. А вот родной прадед погиб, но у него осталась дочь, которую он очень любил — моя бабушка.
Кстати, на Камчатке мечтал побывать очень давно, и теперь моя мечта сбылась! Когда-то в чате "Чистой Арктики" сказал о своей мечте (среди волонтеров я такой не один), что будем ждать проект "Чистая Камчатка". Несмотря на то, что к Арктике она не относится, как и Курилы, всё так и получилось. Мы смогли побывать и на острове, и на полуострове.
Вот и за нами прилетели. Фото: Ольга Семенова ИА KamchatkaMedia
Вдалеке показывается вертолёт. Это за нами. Последние слова перед расставанием.
— Не всё можно купить. Самое важное: жизнь, дружбу, любовь человек получает не за деньги. Я давно понял, что счастье внутри нас, и здесь как раз один из таких моментов, когда ты можешь по-другому на жизнь посмотреть. Сырым с морским запахом воздухом Шумшу дышится по-особенному.
