Этим летом лососёвая путина на Камчатке оказалась очень слабой. По оценкам Росрыболовства, общий объём вылова красной рыбы по итогам сезона на Камчатке составил 55,9 тыс. тонн — один из самых низких показателей за всю историю наблюдений. Для сравнения приведем прошлый четный — 2024 год — когда уловы края составили более 130 тыс. тонн. А специалисты уже называли этот показатель низким, даже для неурожайных четных лет. Однако нынешний год побил все антирекорды. Глава ведомства Илья Шестаков официально назвал главной причиной столь неудачного сезона изменение климата.
Для экосистемы Камчатки и её обитателей, в первую очередь медведей, низкие подходы рыбы — это не просто экономическая статистика, а вопрос выживания.
Как сильно провальные путины могут обострить соседство людей и косолапых? В этом вопросе корреспонденты ИА KamchatkaMedia разбирались вместе с экспертами — Владимиром Гордиенко, охотоведом, старшим научным сотрудником Кроноцкого государственного заповедника, экспертом проекта "Земля медведя: правила добрососедства", преподавателем КамГУ им. Витуса Беринга и Дарьей Шпиленок, координатором программ Фонда защитников природы и руководителем проекта "Земля медведя: правила добрососедства".
Важный, но не единственный?
"Лосось — высококалорийный корм, который позволяет медведям быстро накопить жир на зимовку и на раннюю весну, когда корма почти нет. В хорошие рыбные годы медведь, особенно на крупных нерестилищах, может съедать несколько десятков килограммов рыбы в сутки. При этом он выбирает самые жирные части: кожу, икру, голову",
— объясняет Владимир Гордиенко.
Владимир Гордиенко. Фото: Кроноцкий заповедник
Однако учёный подчёркивает, что лосось — важный, но не единственный компонент рациона камчатских медведей. В нажировочный период ягоды (голубика, шикша, рябина), орехи кедрового стланика и морские выбросы являются неотъемлемой частью их питания и обеспечивают значительную долю энергии наряду с рыбой. Это не "замена" лососю, а обязательные элементы полноценного рациона, без которых звери не могут нормально накапливать жир.
Критическая ситуация возникает тогда, когда одновременно не хватает нескольких ключевых источников — и рыбы, и ягод, и орехов. Наглядный пример — наблюдения на Курильском озере: в год нехватки нерки состояние самок заметно ухудшалось, и особенно остро это проявлялось в начале сентября, когда потребность в разнообразных кормах максимальна.
"Идеальный шторм"
Дарья Шпиленок. Фото: Из архива эксперта
Дарья Шпиленок подчёркивает, что в 2024 году на Камчатке сложился "идеальный шторм" — дефицит всех трёх основных нажировочных кормов. Она отмечает, что последствия оказались тяжёлыми: по оценкам специалистов, зимой могло погибнуть вплоть до половины популяции медведей. Официально в том году было изъято из среды обитания 428 проблемных и потенциально опасных особей.
Медведи Камчатки. Фото: Дарья Шпиленок
"В этом году ситуация с лососем ещё хуже, но уродились рябина и орехи. Конфликтов, конечно, много, но по‑камчатски “обычно” много. На середину октября отстреляли порядка 250 особей по краю. Если низкий подход лосося станет устойчивой тенденцией, мы столкнёмся с гораздо более серьёзными последствиями",
— предупреждает Дарья Шпиленок.
Тогда мы идём к вам
Медведи Камчатки. Фото: Игорь Шпиленок
Ученые отмечают, что слабый ход рыбы меняет не только рацион медведей, но и их поведение и распределение по территории. В годы с хорошим нерестом звери держатся у нерестовых рек, устьев и озёр, нередко собираясь по несколько особей на одном участке.
Когда рыбы мало, таких скоплений становится меньше: медведи активнее перемещаются между оставшимися нерестилищами, ягодниками и побережьем. По данным мечения, некоторые особи уходят далеко, преодолевая перевалы в поисках корма. При этом конкуренция между зверями растёт, а структура популяции нарушается: одних медведей вытесняют с привычных участков, другие сами уходят искать новые места кормёжки и проходят через чужие территории.
Именно эти процессы и приводят медведей к населённым пунктам. Как отмечает Владимир Гордиенко, к жилью людей зверей приводит не столько сама еда, сколько изменения в популяции при нехватке корма. В любой популяции есть особи, которые меньше боятся людей. Оказавшись вытесненными к посёлкам, они начинают искать пищу рядом с человеком. А почуяв открытые источники корма — мусор или рыбные отходы, — возвращаются к ним снова.
"Здоровый медведь с нормальным пищевым поведением избегает человека. Но если он попробовал что‑то вкусное возле людей и почувствовал их запах, дальше он будет стремиться к человеческому жилью. В условиях голода реакция избегания просто блокируется: медведь оказывается на грани жизни и смерти и может действительно идти к человеку",
— поясняет Дарья Шпиленок.
Есть ли выход из замкнутого круга?
Получается замкнутый круг, рассуждают ученые: нехватка природных кормов заставляет медведей искать альтернативные источники пищи, а доступность антропогенных кормов (свалки, мусор, остатки еды) провоцирует у зверей потерю страха перед людьми. В результате появляются так называемые синантропные медведи — те, кто уже не боится человека и регулярно приходит к жилью.
С такими особями практически невозможно работать нелетальными методами, считает Дарья Шпиленок, чаще всего их приходится отстреливать. Но если не устранить первопричину — доступность корма, — на место одного отстрелянного медведя приходит другой. Возникает "конвейер смерти", в котором страдают и люди, и животные.
Владимир Гордиенко считает, что если медведь все же повадился, есть нелетальные способы: отпугивание, а при необходимости отлов и перемещение.
Эксперты сходятся во мнении, что снизить риски для людей можно только комплексными мерами. На уровне населённых пунктов это, прежде всего, работа с инфраструктурой: закрытые и защищённые контейнеры для мусора, ликвидация свалок, запрет на хранение рыбных отходов и корма для животных в доступных местах. Важна и просветительская работа: каждый человек должен понимать последствия своих действий. Даже вылитый под куст остаток супа на пикнике может стать началом цепочки, которая приведёт медведя к жилью.
На более глобальном уровне необходимо учитывать потребности медведей при планировании вылова лосося. Как подчёркивает Дарья Шпиленок, важно, чтобы рыбы хватало не только людям, но и природе, которая на ней базируется. Это означает, что при расчёте пропуска рыбы на нерест нужно учитывать не только воспроизводство популяции лосося, но и потребности хищников.
"Нужен регулярный мониторинг хода лосося, урожая ягод и численности медведей. Он помогает заранее понять, что год будет трудным, и предупредить жителей и туристов",
— добавляет Владимир Гордиенко.
Таким образом, слабая путина 2026 года — это не просто сезонный провал в рыболовстве, а сигнал о более глубоких изменениях в экосистеме Камчатки. Для медведей нехватка лосося означает необходимость искать альтернативные источники корма, что неизбежно ведёт к росту числа конфликтов с людьми.
Решить проблему можно только совместными усилиями: от правильной организации мусорных площадок в посёлках до учёта потребностей диких животных при планировании рыболовства. Иначе соседство медведя и человека на Камчатке будет становиться всё более напряжённым.
