Владимир Слабука — полковник в отставке, ветеран органов безопасности, заслуженный работник культуры Российской Федерации, лауреат нескольких творческих премий, автор девяти публицистических книг, значительная часть которых посвящена истории советских и российских органов государственной безопасности и пограничной охраны на северо-востоке страны. Владимир Викентьевич любезно предоставил редакции ИА KamchatkaMedia свой материал, посвященный истории интернированных СССР американских пилотов, оказавшихся на Камчатке во время Второй мировой войны. Сегодня публикуем вторую часть очерка.
На елизовском аэродроме становится тесно
12 сентября 1943 года стало одной из трагических дат в истории 11-й воздушной армии США. 7 "Либерейторов" и 12 "Митчелов" направились к Курилам. Первыми взлетели тяжелые бомбардировщики. Им ставилась задача нанести удар с большой высоты по Парамуширу. Волне "Митчелов" предстояло на бреющем полете атаковать суда и корабли в акватории военно-морской базы "Катаока"[1]. Авиацию США встретил сильный зенитный огонь и истребители японцев. Из 19 вылетевших с Атту самолетов на базу вернулись только 8 машин.
Один тяжелый бомбардировщик и 3 средних — японцы сбили. С поста наблюдения пограничной заставы "Лопатка" видели как дымящийся "Митчел" лейтенанта Альберта Береца упал в Первом курильском проливе. Летчики спустили на воду резиновую лодку. Пограничники надеялись, что союзники сумеют добраться до советского берега, но два японских истребителя расстреляли уцелевший при посадке экипаж.
Семь американских бомбардировщиков — два В-24 и пятерка В-25, следуя указаниям, которые они получили от капитана Лоуренса Рейнеке на предполетном инструктаже, приземлились вблизи села Елизова (ныне город Елизово) на аэродроме 128-й смешанной авиадивизии. Из всех машин боевые повреждения имел только "Митчел" со строевым номером 73. У него в носовой части насчитали 9 пробоин. Японские истребители также повредили правые шасси и мотор бомбардировщика. Командиры остальных машин приняли решение идти на Камчатку из-за технических неисправностей или недостатка топлива.
Первым в 11 часов 40 минут совершил посадку В-24 с бортовым строевым номером 43 лейтенанта Роджера Патнема. Последним в 13 часов 5 минут приземлился В-25 лейтенанта Уэйна Марриера. На подлете к аэродрому часть американских самолетов обстреляла советская наземная и корабельная зенитная артиллерия. Повреждений машины союзников не получили. При заходе на посадку бомбардировщики сопровождали И-16 из состава 888 ИАП. Как отмечается в документах, "угнаться" устаревшие изношенные советские истребители за американскими машинами не могли.
Либерейтор Роджера Патнема. Фото: предоставлено Владимиром Слабукой, из рассекреченных документов
51 член экипажа нашел в этот день спасение на Камчатке. Командир группы "Митчелов" майор Ричард Солтер сразу же после приземления сообщил подполковнику Даниилу Мартюшеву через переводчика разведотдела отряда немолодого лейтенанта Павла Трухачева о гибели двух В-25 и просил организовать поиск возможно выживших летчиков.
Начальник камчатского пограничного отряда полковник Федор Трушин в тот же день направил на юг полуострова пограничные катера и гидросамолеты МРБ-2 из состава 2-го легкобомбардировочного морского полка НКВД. Задачу вести поиск американских летчиков получили и пограничные заставы "Уташуд" и "Лопатка". Их начальникам в полночь 14 сентября подполковник Даниил Мартюшев направил срочную шифротелеграмму:
"12 сентября в районе Лопатка вследствие воздушного боя между самолетами США и Японии сбито 2 самолета США примерно в районе координат 50°40′ СШ, 157°10′ ВД. Экипаж самолетов, возможно, спасся и высадился на берег полуострова в районе мыс Лопатка, мыс Инканюш, также в этом районе возможна выброска материальной части имущества самолетов и трупов. Приказываю выслать пограннаряд с задачей осмотра береговой полосы до м. Трехполосный и оказания помощи высадившимся. Пограннаряд выслать в составе не менее 4 человек опытных пограничников во главе старшины заставы. Расчетом времени обеспечить необходимым продовольствием, снаряжением. Наряд тщательно проинструктировать лично начальнику заставы никоем случае недопущения гибели личного состава. Время выхода наряда, результат осмотра донести. Начальникам застав держать между собой регулярную радиосвязь. Для этой цели также направить катера".
Поиски длились несколько дней, но результатов не принесли.
У экипажей семи самолетов изъяли оружие, после чего тут же, на аэродроме, накормили. "Первая советская еда", по воспоминаниям интернированных пилотов состояла из копченой рыбы и чая.
В 1943-м году приземлившиеся на Камчатке американские летчики отрицали участие в бомбардировках и разведке принадлежащих Японии Курильских островов. Экипажи надеялись, что легенды о "мирном" характере их полетов позволят избежать интернирования. Версии появления вблизи Курильских островов летчики представляли разные.
Майор Карл Вагнер, командир В-24 со строевым номером 21 заявил, что он совершал учебно-тренировочный полет, потерял ориентировку и оказался вблизи Камчатки, топлива на обратный путь уже не хватало. Командир второго "Либерейтора" лейтенант Раджем Патнем представил потрясающую авантюрную версию. Якобы его самолет направлялся через территорию СССР, затем Монголии в северный Китай. Советские и монгольские власти о таком полете не уведомлялись.
Майор Ричард Солтер, командир группы В-25, сообщил, его "Митчелы" проводили испытательный полет, целью которого было проверка способности средних бомбардировщиков долететь до Шумшу и Парамушира и вернуться к Алеутским островам.
Митчел , сентябрь 1943 года. Фото: предоставлено Владимиром Слабукой, из рассекреченных документов
Потом летчики, осознавая неуклюжесть своих версий, и понимая, что пограничные заставы "Уташуд и "Лопатка" фиксируют полеты американской авиации, бомбардировку островов и воздушные бои, откровенно рассказывали о поставленных им задачах и результатах их выполнения. Отис Хейс в упомянутой книге утверждает, что американские летчики ничего не сообщали о реальных боевых задачах, которые они получали от командования.
Советские рассекреченные документы предлагают другую картину.
60-й отряд морской пограничной охраны в шифротелеграмме № 59431 от 17.09.43 года сообщает начальнику войск Приморского округа Павлу Зырянову:
"В дополнение шифротелеграммы № 5942. В процессе опроса экипажей самолета не офицерского состава радиста самолета "Б-25" (так в документе — В.С.), строевой 71, Джон Б. Беллини показал, что все самолеты "Б-25", а равно самолеты "Б-24", приземлившиеся в Петропавловске 12 сентября с.г., участвовали в налете на японскую военно-морскую базу во Втором курильском проливе.
В налете участвовала эскадрилья самолетов "Б-25" в составе 12 машин под командой майора Солтера, а также группа самолетов "Б-24", точное количество которых ему неизвестно. Всей операцией руководил майор Солтер. Самолеты "Б-25" в налете на эту базу участвовали впервые. Боевая задача была поставлена командованием произвести бомбардировку скопления военных кораблей Северного флота Японии, находящиеся во Втором курильском проливе. Экипажи самолетов были ориентированы, что корабли Северного флота Японии заперты в Первом (так в документе — В.С.) курильском проливе американским флотом, и выходить в открытое море для принятия боя уклоняются.
В связи с этим цель налета заключалась нанести поражение кораблям или вынудить их выйти в море. Бомбардировка проводилась на минимальной высоте. В момент бомбардировки в проливе наблюдалось большое количество японских кораблей. В результате бомбардировки потоплено судно типа крейсер и отмечались попадания в другие суда.
В момент бомбардировки американские самолеты были атакованы примерно 25 японскими истребителями типа ЗИРО (речь идет о палубном истребителе Mitsubishi A6M Zero — В.С.), ввиду того, что американские самолеты проводили бомбометание с низкой высоты, истребители большого вреда причинить не могли…
При возвращении на базу стало ясно, что "Б-25" возвратиться на базу будет затруднительно ввиду того, что большая половина горючего была израсходована, к тому же на некоторых самолетах были повреждения, на 2 самолетах "Б-24" возникли большие неисправности в моторах, вследствие чего 5 самолетов "Б-25" и 2 самолета "Б-24" пошли на посадку в районе Петропавловска.
На вопрос какая цель скрывать о налете на японскую базу Джон Беллини показал, возможность максимального ускорения срока интернирования экипажей… По их мнению, если они будут утверждать, что находились в тренировочных полетах, Советскому правительству будет легче возвратить их в Америку…
Ввиду этого показания лично передопросил майора Солтера… [Офицер] продолжает утверждать своих показаниях, одновременно заявляя, он вполне сознает своё затруднительное положение, но не может ничего больше сообщить т.к. это будет нарушением приказа командования".
Андрей Кожевников, около 1943 года. Фото: предоставлено Владимиром Слабукой, из рассекреченных документов
Члены экипажей в ходе их опросов сообщали немало интересной информации. Лейтенант Роджер Патнем в беседе со Степаном Котенко и начальником Управления НКГБ Камчатской области Андреем Кожевниковым подтвердил информацию о том, что авиационное руководство США рекомендует экипажам при необходимости искать спасение на территории СССР:
"Перед вылетом с базы Атту командование меня ориентировало, что в случае особой необходимости можно произвести посадку на Командорских островах и в районе города Петропавловска-Камчатского, причем, в районе Петропавловска имеются аэродромы. Поскольку мне был дан такой совет, я им в данном случае и воспользовался, т.к. дальше лететь не мог. Кроме того, мне было известно, что ранее один наш самолет совершил вынужденную посадку на Камчатке, экипаж самолета был очень хорошо принят, и властями принимались меры к возвращению экипажа на родину. Мне также было известно, что участники полета на Токио, приземлившиеся на территории СССР (экипаж Эдварда Йорка — В.С.), а также участники налета на Румынию, приземлившиеся на территории Турции, уже возвратились на Родину".
Почему лукавил генерал Гнечко?
Пограничников, сотрудников НКГБ, штабы Дальневосточного фронта и Тихоокеанского флота задачи, поставленные авиационным командованием США бомбардировщикам, интересовали не сами по себе. Они позволяли установить количество и места расположения войск, наличие оборонных, инфраструктурных и промышленных объектов на японских островах. Советская сторона системно вела накопление разведывательной информации о военных потенциалах Шумшу и Парамушира.
На получение сведений от американских экипажей о военном потенциале северных Курильских островов делался акцент с момента первого вынужденного приземления на Камчатке Джеймса Поттенджера.
Опросы экипажей вели сотрудники разведотдела пограничного отряда и оперативные работники Управления НКГБ по Камчатской области, представлявшиеся офицерами Красной Армии.
17 августа полковник Степан Котенко, приступивший к исполнению обязанностей по своей основной должности заместителя начальника войск Приморского округа по разведке, в телеграмме начальнику 60-го отряда морпогранохраны полковнику Федору Трушину приказал:
"Путём опроса, повторяю, путем опроса командира самолета установите: кем из состава экипажа и какие документы сожжены при посадке. Одновременно проведите разведопрос по Курильской гряде: где и какие имеются японские базы, авиа и морские…".
Через месяц, когда совершат одновременную посадку семь американских бортов, полковник Степан Котенко, находившийся на Камчатке в командировке, лично побеседует со всеми командирами экипажей. Им и подготовлена приведенная выше шифротелеграмма с информацией, полученной от сержанта Джона Беллини.
Степан Котенко. Фото: предоставлено Владимиром Слабукой, из рассекреченных документов
В ответ на телеграмму из Владивостока Трушин сообщил, что "из обнаруженных на борту [В-24 Джеймса Поттенджера] документов наибольший интерес представляют 17 аэрофотоснимков военных объектов островов Парамушир и Шумшу с описанием снимков. Нами произведена репродукция снимков и сделан перевод их описания".
Подобные материалы обнаруживались на борту почти каждого интернированного самолета. Многие из "Либерейторов" и "Митчелов" параллельно с бомбардировками вели и аэрофотосъёмку. Часть американских экипажей перед посадкой на Камчатке приводили в негодность радиостанции, тем или иным способом уничтожали бомбовые прицелы, фотоаппаратуру, но непреложным правилом такие действия не являлись.
Разбитая радиостанция. Фото: предоставлено Владимиром Слабукой, из рассекреченных документов
К примеру, 1 ноября 1944 года в Елизово вынужденную посадку совершил В-25 Уильяма Маккуиллима. В задачу экипажа кроме нанесения удара по консервному заводу на Парамушире входило и фотографирование острова Шумшу. Пограничники на борту обнаружили три фотоаппарата и десятки метров отснятой пленки. С семи бомбардировщиков, приземлившихся на Камчатке в сентябре 1943 года, сняли 9 различных фотоаппаратов, изъяли четыре рулона пленки.
Позднее, в 1944 — 1945 годах, сами летчики охотно рассказывали пограничникам, чекистам и представителям подразделений разведки 101-й стрелковой дивизии, а затем — Камчатского оборонительного района о системе ПВО островов и полученных боевых задачах.
В беседе с заместителем начальника 60-го пограничного отряда майором Павлом Лапиным 19 июня 1944 года командир морского бомбардировщика PV-1 лейтенант Рассел Боун рассказал об объектах, по которым наносились удары.
"1-й аэродром расположен в заливе Касивабара, который имеет бетонированную взлетно-посадочную площадку. 2-й аэродром расположен западнее м. Сирибачи, имеет крестообразную бетонированную площадку. 3-й аэродром расположен у м. Курабу, имеет крестообразную бетонированную площадку, рядом на озере находится гидроаэродом. 4-й аэродром находится в стадии строительства южнее мыса Дайго.
По восточному берегу острова Парамушир, от Тараба до Томаризаки, расположены огневые точки береговой и зенитной артиллерии. Зенитная артиллерия также имеется в районах расположения аэродромов".
Рассел Боун показал на карте расположение объектов, о которых он сообщил. Беседа с ним содержит ещё один интересный фрагмент. Он позволяет предположить, что к лету 1944 года между советской и американской сторонами могло существовать соглашение о негласной помощи со стороны СССР бомбардировщикам США при налетах на Курилы. Это, конечно, спорное утверждение. Но судите сами, уважаемые читатели. Рассел Боун сообщает, что при налетах на Шумшу и Парамушир американские летчики "особенно ночью, ориентируются в основном на сигналы" радиомаяка, расположенного на мысе Лопатка. Командир морского бомбардировщика просил увеличить продолжительность работы радиомаяка. Советский офицер не высказывает возражений, а доводит просьбу союзника до своего руководства.
Среди тех, кто мог с советскими пограничниками поделиться информацией об оборонных объектах на Курилах и даже их снимками, был капитан Джон Вивиан. Его морской бомбардировщик PV-1 "Вентура" совершил вынужденную посадку на Камчатке после 14 удачных рейдов на Курилы 25 июля 1944 года. А до этого экипажу отважного офицера 11 июня удалось провести аэрофотосъёмку расположенного на Шумшу аэродрома Миёсино. Его местонахождение около месяца оставалось для американцев тайной.
Разведка США еще в мае 1944 года от сбитых в тропической части Тихого океана японских летчиков получила информацию о завершении на Шумшу строительства очередного аэродрома с бетонной взлетно-посадочной полосой, на котором базировалась ударная авиация. Сделанные экипажем Джона Вивиана снимки запечатлели более двадцати двухмоторных японских бомбардировщиков Ki-49 Donryu (в переводе "Змей-громовержец).
Американцы вплоть до конца июля 1945 года параллельно с нанесением ударов вели аэрофотосъёмку Северных Курил. Значительная часть полученных союзниками разведывательных материалов оказалась достоянием советской стороны. Их из 60-го отряда помимо Приморского пограничного округа, направляли полпреду НКГБ по Дальневосточному краю, в штабы Дальневосточного фронта, Тихоокеанского флота и Камчатского оборонительного района.
В этой связи странным представляется заявление командующего КОР генерала Алексея Гнечко об отсутствии у него накануне Курильской десантной операции сведений о системе обороны, войсках и силах противника на Шумшу и Парамушире. Могу предположить, что таким заявлением генерал пытался оправдать высокие потери десанта. Они, кстати, составили почти 10 процентов всех потерь Красной Армии в советско-японской войне в августе 1945 года.
"Лучше быть едой для рыб?"
Опросы интернированных экипажей, как правило, тянулись не дольше недели. Затем американцев оставляли в покое, и они с нетерпением ожидали отправки с Камчатки. Иногда кто-нибудь из членов экипажей резко высказывался относительно того, что русские интернируют союзников, держат их почти как военнопленных, а не возвращают сразу после посадки на родину. Один из переводчиков разведотдела пограничного отряда лейтенант Михаил Дандыкин, услышав от командира экипажа В-24 Джона Отта, совершившего вынужденную посадку на Камчатке 25 сентября 1944 года, подобный упрек, парировал так, что американец запомнил ответ советского офицера на всю жизнь: "Вам здесь не нравится? Лучше быть едой для рыб?".
Большинство американских летчиков, заброшенных перипетиями военных действий на Камчатку, с благодарностью и уважением отзывались о стране, которая предоставила им убежище. Джон Вивиан рассказал Отису Хейсу-младшему во время его работы над книгой "Домой из Сибири", что он "и спустя все эти годы помнит дружелюбие русских солдат и людей".
Впрочем, и на Камчатке искали способы поскорее избавиться от американцев, доставлявших пограничному и военному командованию в Петропавловске немало хлопот. Показательна в этом отношении телеграмма, отправленная из 60-го отряда полковником Степаном Котенко генерал-майору Павлу Зырянову 20 сентября 1943 года:
"Интернированные экипажи американских самолетов содержатся в одном из наиболее подходящем для этой цели помещении Дома Красной Армии, однако эти условия их содержания не обеспечивают нужную изоляцию от местного населения.
Учитывая, что интернированных 51 человек, создать в городе или в Петропавловском районе условия, обеспечивающие нормальное содержание и изоляцию от местного населения, невозможно.
В связи с этим будет неизбежная осведомленность жителей города о наличии американцев, что крайне нежелательно.
Кроме того, в вопросах содержания и питания интернированных встречаются большие затруднения.
Исходя из этого, прошу ускорить решение вопроса о направлении интернированных из Петропавловска".
Пилоты 7 бомбардировщиков, вынужденно приземлившихся вблизи села Елизова 12 сентября, покинули Камчатку 3 октября на том же самом ПС-30-9, на котором месяцем раньше отправился в Хабаровск экипаж Джеймса Поттенджера.
Американские самолеты, пограничники согласно распоряжению наркома обороны СССР Иосифа Сталина передали авиации дальнего действия ВВС Красной Армии. Её представители прибыли на Камчатку в первых числах октября и начали с помощью инженеров и техников 128-й дивизии готовить машины к перелету. Первые 4 "Митчела" и "Либерейтор" взяли курс на Хабаровск 12 октября. Спустя 17 дней туда же вылетел еще один В-25. "Либерейтор" Карла Вагнера с неисправными двигателями остался в Елизово. В последующем исправные самолеты интернированных экипажей также передавались ВВС Красной Армии.
После того, как американские пилоты покинули Петропавловск, на Камчатке вздохнули с облегчением и, как оказалось, надолго.
11-я воздушная армия из-за понесенных в сентябре значительных потерь на время отказалась от бомбардировки Северных Курил. Армейские бомбардировщики возобновят налеты на острова только 12 июня 1944 года
Миссию по нанесению ударов по Шумшу и Парамуширу решила принять на себя авиация военно-морских сил США. Она располагала скоростными бомбардировщиками Lockheed PV-1 Ventura — в советском обозначении Б-34.
16 ноября 1943 года одна из машин этого типа направилась к Парамуширу. Полет, продолжавшийся 9 часов, доказал, что "Вентуры" способны наносить удары по японцам на Северных Курилах. Зимой PV-1 несколько раз вылетали к островам для ночных фоторазведывательных миссий.
Начиная с 5 мая 1944 года, "Вентуры" приступили к бомбардировкам японских островов. Налеты, если позволяла капризная тихоокеанская погода, совершались почти каждую ночь. Темное время суток авиации союзников помогало, но от потерь уберечь не могло. Первый морской бомбардировщик PV-1 под командованием лейтенанта Рассела Боуна совершит вынужденную посадку на Камчатке 15 июня 1944 года. В тот же день, вслед за ним спасение на бетонной полосе елизовского аэродрома найдет и "Вентура" Говарда Шуэтта.
На Камчатке аварийные посадки с августа 1943 года до момента вступления Советского Союза в войну с Японией 9 августа 1945 года совершили 32 бомбардировщика наших союзников по антигитлеровской коалиции 3-х типов: В-24, В-25, РV-1. На полуострове интернировали 236 американских летчиков.
Приземление некоторых экипажей на Камчатке сопровождалось экстремальными обстоятельствами.
